Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Семейные связи и хорошие должности. Где работают родственники невестки Лукашенко
  2. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  3. Минчане снова выстроились в очередь за квартирами. Вокруг какого ЖК ажиотаж на этот раз?
  4. МВД хочет взять под контроль домофоны
  5. В 2027 году заработают три изменения для тех, кто выезжает за границу
  6. Пропавшую беременную минчанку нашли убитой
  7. «Теща» Лукашенко пыталась уничтожить частную медицину, но не получилось. Вспоминаем, как начиналась эра медцентров в Беларуси
  8. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»
  9. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  10. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют


Правозащитникам стало известно о задержании двух молодых людей в начале октября — причиной стала песня «Муры», включенная в машине около изолятора на Окрестина. Об этом сотрудникам незарегистрированного ПЦ «Весна» рассказал бывший арестант, который познакомился в тюрьме с одним из задержанных парней.

По его словам, молодых людей задержали в первой половине октября. Одному из них около 25 лет, на обоих завели минимум два протокола. Больше о парнях не известно ничего, их имен правозащитники не знают. В начале ноября они все еще находились на Окрестина, освободились ли сейчас — неясно.

Насколько известно правозащитникам, причиной задержания стало то, что двое парней подъехали к ЦИП на электромобиле Tesla и включили «Муры». Бывший арестант рассказывает, в каких условиях сидели задержанные за песню молодые люди:

«В день моего освобождения [5 ноября], утром всю нашу камеру с вещами вывели и  перевели в ИВС. (…) Лицом вниз и босиком повели в камеру, а привели, как оказалось, в карцер. В карцере находилось вместе с нами восемь человек. Сам карцер примерно 3×3 метра. Пол бетонный. Шконку от стены отстегивать запрещено, потому задержанные спят на бетонном полу.

В тот день парни ели без ложек, им не дали чай. В самой камере темно и она напоминает подвальное помещение. Перегородки в туалете отсутствуют. Окно можно немного открыть, но солнечный свет не заходит в камеру. Нельзя сидеть и дотрагиваться спиной до стены, можно только стоять. В камере нет средств личной гигиены, кроме небольшого кусочка мыла. Когда во время шмона кто-то оставит „лишнюю“ кофту — ее забирают.

Таких камер, как я понял, две. В одной из них находится один парень [задержанный] за песню, в другом таком же карцере — его друг».